Рубрика: Проекты резидентов

СТРИТ-АРТ ПРОЕКТ художников Евгения Мулука и TUMIRUMI

Re: Walls

Добро пожаловать!

Выставка художников на стенах… городских трущоб! Творческий тандем Мулук-TUMIRUMI представляет результаты своей коломенской арт-резиденции. «Множество необычных, характерных двориков с различного рода постройками – жилые дома, гаражи, остатки стен; несколько заброшенных построек. Все это наполнено самыми различными образами, настроениями. Как художникам, нам захотелось подчеркнуть это – увиденное и прочувствованное нами… Своим проектом мы хотим, не нарушая привычного пространства и ощущений, лишь подчеркнуть своеобразие города, вписав наши рисованные образы в тело города, и настроение города в наши образы».

А каким ещё должен быть вернисаж уличных художников!? Только в походе по прекрасным, романтическим руинам, украшенным новыми фресками! Вернее, для того, чтобы развалины стали загадочными или весёлыми, говорящими или просто живыми – в них должен кто-то поселился… Образы, называемые художественными, это вообще-то кто или что? Надеемся, завесы тайны приоткроют наши экскурсоводы, авторы этих магических объектов. А тем, кто может сбиться с пути, будет выдана карта новой арт-местности, арт-капеллы под открытым небом. И, если так случится, вы обнаружите по дороге никем не созданный образ или какой-то уже свой Чеширский знак, то, значит, художники побывали здесь не напрасно!

Город – это живая структура, которая меняется, деформируется, периодически застывая в разных агрегатных состояниях. Вместе с гостями презентации мы окунемся в городскую среду, как настоящие исследователи, охотники за привидениями. «Карта первых поцелуев», «маршрут овальных окон» и «дорога белых стен». Попытка обнаружить тонкую грань между объектом и его историями. В формате игры попытка прочтения города изнутри.

Авторы проекта:

Алексей Ермолаев и Мария Алигожина — независимые художники-мультипликаторы и иллюстраторы. Работают в технике коллажа и графики.

«В Коломне играют в футбол едва ли не дольше всех в России. В 2016 году местной команде исполняется 110 лет. Были и полные трибуны на матчах своей команды, и прославленные игроки в составе» – рассказывает художник из Екатеринбурга, победитель международного конкурса коломенской арт-резиденции Сергей Потеряев.

Чтобы вернуть интерес к провинциальному футболу и рассказать об истории и настоящем спорта номер один в Коломне, Сергей собрал команду, с которой они и создали эту выставку. Жители города, антиквары, сотрудники футбольного клуба и краеведческого музея исследовали все футбольные места в Коломне. Архивные кадры наслаиваются на современные виды города – так появляется замысловатый коллаж из визуальных образов. Фотографии рассказывают нам, что местные футбольные команды до сих пор являются важной частью жизни Коломны.

Автор проекта:

Художник и куратор из Екатеринбурга Сергей Потеряев.

арт-резиденция, сентябрь – октябрь 2015

Благодаря Марселю Дюшану и его реди-мейдам мы знаем, что искусство может быть извлечено из любого найденного объекта, будь то сушилка для бутылок, сошедшая с конвейера, или же чей-то архив, обнаруженный в старой квартире с пожухлыми обоями. Но найденный архив – чужие дневники, записные книжки, фотографии, хранилища чужой памяти, следы чужой жизни – сам по себе уже является текстом, что накладывает на художника ограничения не только этические, сужая амплитуду художественного жеста до почти полной его неразличимости. Как работать с найденным архивом? Чаще всего найденный архив стремится стать книгой, и Петербург (а Мария Батурина – петербургский художник) весьма чуток к такого рода прозе. Особенно – к блокадным дневникам, ведь блокада, центральное событие истории Ленинграда, выводя человеческое существование к экзистенциальным пределам, превращает каждого «маленького человека» из персонажа в автора, а остающуюся от него «часть речи» – из документа эпохи в литературу. Задача усложняется, когда найденный архив стремится стать не просто книгой, но книгой художника, здесь на помощь приходит выделенная в тексте метафора, мерцающая между словом и образом.

Сквозной метафорой в книге художника с многозначным латинским названием diurnum*, выстроенной по законам театра абсурда как отсутствующий диалог матери и сына, репликами в котором становятся их дневниковые записи и фотографии, служит клетка. Сын, сотрудник лаборатории Института экспериментальной медицины, занимается патологией клетки, и сделанные им в научных целях фотографии – электронограммы клеточных структур – ложатся в основу визуальной рифмовки. Во всём – в групповых снимках матери, в любительских пейзажах сына, в узорах ветхозаветных обоев их квартиры – мы теперь обречены видеть структуру клетки. И искать предвестия клеточного распада в пятнах и трещинах на обойной поверхности, в безжизненности занесённых снегом городов и посёлков, в напряжённых лицах выстроившихся перед фотокамерой коллективов – трудовых, ученических, туристических и прочих.

Бытие на его молекулярном и клеточном уровнях занимало воображение сюрреалистов, прежде всего – Вольса, чья графика порой напоминает эти электронограммы, но хаотические записи сына далеки от бессознательной игры «автоматического письма». Напротив, это аналитическая история болезни – частного человека, семьи, общества и страны, связанных генетическими узами и, как следствие, общим переживанием экзистенциального кризиса постсоветского времени, которое Светлана Алексиевич, также составляющая книги-коллажи из чужих голосов, назовёт «временем секонд хенд».

Социальные теории издавна любят биологические метафоры, уподобляя общество организму, а семью и человека – его ячейкам и клеткам. Аналитическому глазу, уставившемуся в электронный микроскоп, открывается картина необратимых поражений макрокосма. И diurnum фиксирует всё: безысходную депрессию индивида – отчуждение и разрыв семейных связей, в плане формы выражающийся в том, например, что речи матери и сына пребывают в разных, непересекающихся регистрах, бытовом в её и возвышенно-философском в его случае, – коллапс общественных отношений. В словах «целлюлярная патология» слышится латинский корень cellula, cella – комнатка, тесное помещение, клетка, тюремная камера. Иного, чем смерть, выхода на свободу из этой клетки не предусмотрено.

Анна Толстова, художественный критик

 

Об авторе

Мария (Маруся) Батурина – художник-визуалист из Санкт-Петербурга. Выпускница Государственного университета изящных искусств (Амстердам) и школы ангажированного искусства «Что делать» (Санкт-Петербург).

Имея академическое образование в области фотографии и текстильного искусства, работает с широким спектром медиа, уделяя особое внимание фотографии и видео. Мария Батурина отдельно изучает личные истории, обыденные предметы и материалы, а также поэтику повседневной жизни.

Ссылка на публикацию книги «DIURNUM»:
https://www.calameo.com/books/005414513fbe574a41dba

арт-резиденция, август – сентябрь 2015

Изначально проект Ивана Найнти назывался просто: «Коллажи и ассамбляжи».

Что сразу снимало вопросы критиков и искусствоведов относительно выбранных автором художественных техник. К этому выбору, видимо, относится и предупредительная самоирония автора, изобразившего первобытного человека на форзаце выставочного каталога. Действительно, первый найденный объект Марселя Дюшана возникает ещё в 1913-м, всего два года спустя с момента возникновения коллажей Пикассо и Брака. Однако не есть ли и сам коллаж уже отчасти ready-made, то есть найденный, готовый к употреблению объект? Эвристичность (от слова «эврика» – «нашёл!») открытых в начале прошлого века техник перевернула самые основы понимания художественного творчества, сместила акценты восприятия со зрительного к умозрительному: от импрессионистического смешения цветов на сетчатке глаза к визуально-вербальному смешению образа на поверхности серого вещества. Именно начиная с коллажа и его 3D-собрата, ассамбляжа, включающего в себя уже трёхмерные находки, фрагменты окружающей нас реальности, искусство всё более и более пытается как бы вывернуться наизнанку, включить в себя весь мир или, другими словами, научить нас включать регистр художественного сознания при восприятии обычных, казалось бы, вещей.

Иван Найнти – свободный художник из подмосковного города Протвино. Найнти («девяносто» в переводе с англ.) – это зашифрованный год его рождения. В 2014 году Иван уже посещал Коломну, осуществив здесь свои первые реализации – от изысканной графической карты старого города до монументального стрит-арта, посвящённого Борису Пильняку. И вот теперь, можно сказать, стрит-арт наоборот – с улицы в мастерскую: он собирает городские образы и артефакты и, буквально затаскивая их в свою творческую лабораторию, комбинирует и составляет из них многослойные и рельефные работы. Он признаётся: «…в них были использованы вырезки из фотографий, сделанных мною во время прогулок по городу, из найденного журнала по вязанию, журналов про советское фото, аэрозоли на бумаге, гуаши… Я собираю всё это и леплю конструкции и придумываю композиции, играю с ассоциациями, манипулирую образами и пытаюсь сочетать несочетаемое или же, наоборот, из хаоса создать что-то упорядоченное по цвету и форме. Иногда кажется, будто все эти странные предметы собираются в какую-то живую машину и вот-вот заработают, объекты получают вторую жизнь».

И в этом-то всё и дело: у нас на глазах обычные атмосферные объекты становятся ноосферными – формами сознания. Различные по функции вещи из-за их столкновения в едином моделируемом пространстве взрываются новыми смыслами, намёками, эмоциями. Но разве это не модель всего мира? Разве наше восприятие реальности не есть коллаж, наложение образов, смыслов, звуков, скоростей, ролей, слов… в потоке жизни? И получается, художник, работая в небольшой студии, казалось бы, отгородившийся от мира, даёт нам опыт отношения к этому миру. Даёт нам вакцину поэтического восприятия.

Даёт навык фантазийной проекции на внешние экраны, развивает нашу способность видеть и находить в процессе смотрения. И оказывается, что художественное бытие – не только в музее, а вокруг нас – везде! И как бы в развитие этих слов художник за несколько часов до вернисажа готовит объект, живущий и умирающий в прямом смысле:

«Хочу составить слово “жизнь” из листьев и растений, за время экспозиции всё это будет вянуть и потихоньку превращаться в гербарий…» Стареющий ассамбляж! Саморазрушение – какое щемящее, грустное чувство! Но в этом сила, а значит, и оптимизм авторской логики, стремящейся к тотальному художественному эксперименту.

Маргарита Бард

 

Об авторе

Иван Найнти (род. 1990, г. Протвино Московской области) – художник, представитель движения «уличной волны». По образованию инженер-программист и графический дизайнер. Начал свой творческий путь в 2007 году с рисования граффити и параллельного увлечения плёночной фотографией. Участник групповой выставки уличного искусства «Части стен» (ЦВЗ «Манеж», 2018), а также II и III Биеннале уличного искусства «Артмоссфера» (2016, 2018).
Помимо муралов, художник создаёт коллажи, работает с деревом и другими материалами, а также с найденными предметами, делает ассамбляжи или объекты, занимается иллюстрацией, плёночной фотографией и издаёт собственные журналы (зины). Работы Ивана Найнти находятся в частных коллекциях в России, Польше, Чехии, Германии, Англии, Израиле, Бразилии, Пуэрто-Рико и Австралии, в музейной коллекции МАММ в Москве.

арт-резиденция, июнь – июль 2015

Проект «Археология мыслительных тел» Елены Скрипкиной – это попытка организовать коллективное исследование архитектуры данного нам в опыте мира средствами лэнд-арта. Художница создаёт серию вмонтированных в ландшафт и архитектуру Коломны инсталляций-устройств. Их задача – вовлечь посетителей в феноменологическую авантюру по изучению жизни сознания. Какова природа яви? Почему мы помним и забываем? Как мы удерживаем прошлое от исчезновения? Осваивая эти устройства и доверяясь им, посетители смогут принять участие в поиске ответов.

Места, в которые вписаны инсталляции, – от берега реки до заброшенного здания банно-прачечного комплекса – объединяют фигуры очищения и воды. Это места очищения духа и тела, но в оптике Елены Скрипкиной они становятся уже местами очищения мыслительных тел: восприятий, снов, воспоминаний. Это удаление наносов времени и мира с целью добраться до порождающих смыслы глубин сознания и воссоздать его архитектуру – оно сродни работе археолога, откапывающего и реконструирующего артефакты прошлого. Поэтому своё феноменологическое исследование художница вслед за Гуссерлем называет археологией.

Проект состоит из трёх инсталляций. «Сны Коломны» – это воплощение идеи комнаты на водной глади реки, с собиранием и, при необходимости, производством снов, через которое реализуется археология яви. В инсталляции «Второе начало» посетителю предстоит спуститься под землю к корням дневного мира (читай: повседневного опыта) и заняться археологией памяти. Наконец в инсталляции «Гул» Елена Скрипкина предлагает археологию забвения – окончательное очищение духа водой и постижение тайны стихии.

У каждой из инсталляций – своя атмосфера, задаваемая специально созданными вещами, видеорядами, музыкой, звуками и запахами. От светлых и освежающих «Снов» под открытым небом через загадочные вещи подземной «Жизни корней» к волнующему «Гулу» в сердце города. В ходе этого путешествия жизнь сознания, спроецированная во внешний мир, может открыться в неожиданных нюансах и вещах.
Александр Писарев

 

 

Об авторе
Елена Скрипкина (Москва, Россия) — художница, режиссёр неигрового кино, теолог, лауреат премии «Инновация» (2017), создатель междисциплинарной лаборатории «Ботаническое время». Победительница конкурса Present Continuous (2022), финалистка и обладатель гранта NOVA ART (2021), дважды стипендиатка грантовой программы поддержки молодых художников МСИ «Гараж» (2017 и 2018), лауреат премии Credit Suisse Cosmoscow Prize for Young Artists (2016), номинант на премию Курёхина. Работала в арт-резиденциях в Швейцарии, Швеции, Дании, Южной Корее и России.

арт-резиденция, апрель – июнь 2015

Художник Екатерина Кравцова путешествует по мировым арт-резиденциям, изучая локальные культурные коды и социальные парадигмы. Два месяца она провела в Коломне, занимаясь подготовкой проекта «Коммунальные анекдоты», в основе которого лежит принцип непосредственного взаимодействия с местным сообществом, что прекрасно вписывается в концепцию музея-резиденции «Арткоммуналка. Ерофеев и Другие». Проект Екатерины Кравцовой связан с исследованием фольклора, а именно анекдотов, посвящённых жизни в коммунальной квартире и взаимоотношениям с соседями. Такой аспект совместного быта, окружённый множеством мифов, породил целый пласт визуальных и смысловых образов, ставших неотъемлемой частью российской культуры. Для проекта «Коммунальные анекдоты» автор собрала и зафиксировала реальные истории жителей Коломны. Её респондентами выступили люди, встреченные на улице, сотрудники музейного объединения «Коломенский Посад» (Коломна) и постоянная публика. Все вместе эти анекдоты – смешные и страшные, абсурдные и грустные – превратились в своеобразную «энциклопедию русской жизни», эпическое повествование, раскрывающее целый пласт советской и постсоветской действительности.

Изучение этого материала навело автора на рассуждение о месте человека в российской системе ценностей. Советское общество мыслило глобально, формируя масштабные, утопические идеи нового жизнестроительства, перед которыми отдельная человеческая личность утрачивала всякую ценность. Сегодня, несмотря на смену исторической парадигмы и приход капиталистических ценностей, место человека всё так же зыбко. Общество продолжает воспроизводить определённые модели поведения и взаимоотношения граждан, которые за долгие годы оформились и пустили корни глубоко в подсознание.

Результат этого – столь разные судьбы соседей, чьё вынужденное совместное существование рождает как курьёзные ситуации, так и настоящие человеческие драмы. Екатерине Кравцовой удалось зафиксировать многообразие жизненных перипетий, объединённых фигурой главного героя – отдельного человека, несмотря на все сложности сохранившего оптимизм, теплоту и внимание к близким. Герои Екатерины Кравцовой наглядно демонстрируют зрителю формирование механизмов поддержки и взаимовыручки, что служит залогом выживания в самых неоднозначных ситуациях. (Из статьи Марии Удовыдченко, май 2015.)

«Но позвольте! – скажете вы, – а как увязывается собирание устного народного творчества с нашими представлениями о работе визуального художника?» На каком этапе слушатель превращается собственно в зрителя: в слушающего зрителя или смотрящего слушателя? И как раз тут посетителя выставочного зала ждёт сюрприз, настоящий художественный деликатес: по остроумной затее автора, все эти неизданные истории становятся тканью совокупного визуально-словесного образа, частью таинственного пространства видеоинсталляции. Вы как бы приглашены на ритуальное философское чаепитие, где предметы за столом, как на спиритическом сеансе, передвигаются невидимым медиумом, а голоса жителей города­микрокосма превращаются в духовные сущности, в ангелов-хранителей места. И оказывается, что как раз эти простые и столь человеческие радости и страхи, стыд и горе, любовь и сумасшествие, доброта и предательство, юмор и ненависть, сила и слабость – словом, вся эта человеческая комедия, вся эмоция человеческой жизни – оказывается, всё это и есть главное, дорогое и значимое настолько, чтобы быть в фокусе внимания современного высокого искусства.

Маргарита Бард

 

Об авторе
Екатерина Кравцова окончила в 2002 г. Московский государственный университет печати (художник-график). В 1996 г. – Одесское государственное художественное училище (факультет живописи).

Награды и резиденции:
2010 Грант им. Ольги Лопуховой для молодых художников, Москва, Россия.
2011 Программа Unidee 2011 в резиденции Cittadellarte Фонда Пистолетто, Бьелла, Италия, www.cittadellarte.it
2011 Резиденция Sowing Seeds фонда KamanArt, Гелавас, Раджастан, Индия.
2012 Программа Iver J.ks Residency, Карашок, Норвегия.
2013 Программа «Художник в резиденции» в Nafasi Art Space, Дар эс Салам, Танзания.
2013 Программа TOKAMAK в резиденции HIAP. Suomenlinna, Хельсинки, Финляндия.
2014 Арт-резиденция в ZKU – Центре искусства и урбанистики, Берлин, Германия.